Моё главное правило — не казаться ублюдком в собственных глазах.

До того, как стать психологом, я работал курьером, менчендайзером, секретарём, офис-менеджером, помощником главного редактора издательского дома, программистом и младшим конструктором плоттера. На последней должности я печатал и специальным образом скручивал от 500 до 3000 клейких ярлыков для спецодежды. 3000 клейких бумажек для сорочек, Карл!

Моя первая заработная плата в 14 лет составляла 2800 рублей. В месяц. Минус 13%.

За день нужно в обязательном порядке узнать что-то новое. Это может быть как нечто глобальное, так и сущая мелочь — главное, чтобы в твоём мозгу возникло ощущение «вау, вот этого я раньше не знал». Возникло? Всё, день прошёл не зря.

Пребывание во френдзоне отняло большую часть моей юности. Когда эта херня закончилась, я дал себе слово, что больше не окажусь в подобном положении.

Актёр Том Круз действительно нравится мне лишь в одном фильме — «Последний самурай» (2003). Картина Эдварда Цвика научила меня прислушиваться к себе и не переживать по поводу общественного мнения.

В 6 лет я мог стать барабанщиком. Но судьба распорядилась иначе и привела меня в зал, где набирали на курс фортепиано.

В детстве я слушал ту же музыку, что и старший брат. Наш единственный кассетный магнитофон мог воспроизводить Sex Pistols, AC/DC, Pantera, а следом сразу же пел Майк Науменко, Пётр Мамонов или Борис Гребенщиков.

Одно из моих самых ярких воспоминаний — первая ссора с отцом. Я ударил по кухонному столу кулаком и сказал ему, что дети не обязаны реализовывать мечты своих родителей и что я буду изучать ту область знаний, которая мне действительно интересна.

Я не люблю быть в центре внимания. Но за последние несколько лет часто оказываюсь там.

2 дня, 4 часа и 12 минут — самый длительный период раздумий в моей жизни. Именно столько прошло с момента постановки вопроса, действительно ли я хочу переехать в Санкт-Петербург, до непосредственно посадки в вагон поезда.

В 14 лет я весил 124 килограмма при росте 158 см. После очередной серии издевательств я принял волевое решение сбросить вес и сделал это.

Кстати, чтобы скинуть лишний вес, нужно есть довольно часто. Это действительно работает — питаешься каждые 2-3 часа, вот только ешь небольшие порции пищи.

Я люблю людей, которые делают что-либо лучше, чем я. Может казаться, что я испытываю зависть, но на самом деле это не так — я чувствую мотивацию к развитию и росту.

Первой девушкой, которую я увидел голой, была последняя пассия старшего брата. Она забыла запереть ванную, а я зашёл вымыть руки. С кухни веяло ароматом горячей пиццы, а по квартире разносился голос Милен Фармер.

У меня нет привычки специально пересматривать кинофильмы, но есть ряд исключений. «Выживут только любовники» (2013) я смотрел 4 раза, как и «Одержимость» (2013); «Далласский клуб покупателей» (2013) был пересмотрен 3 раза, а «Десятидюймовый герой» (2006) — 2.

Честность — то, что я ценю в окружающих превыше всего. Честность, открытость и свободу выражения мыслей. Если люди честны со мной, они имеют право ожидать того же в ответ.

В 99% случаев я думаю над тем, что говорю. Если люди общаются со мной, когда я в изменённом состоянии сознания, это тот самый 1%.

Мою жизнь изменил фильм «Всегда говори да» (2008). После него жить стало значительно проще и веселее.

Однажды я наговорил много гадостей близкому человеку, который был болен раком мозга. Он умер через 2 дня, а я так и не попросил у него прощения.

Каждый месяц нужно обязательно выделять одни сутки на «день–тюлень». День, когда твоё единственное занятие — ничегонеделание.

Я люблю гулять в одиночестве по паркам и скверам. Каждую новую прогулку по уже избитым местам можно сделать особенной, если научиться видеть вещи, которые раньше не замечал. Поверьте, такие вещи есть всегда.

Мне нравится работать по специальности. Нет, не потому, что помогать людям — это круто, а потому, что мне приятно осознавать, что я важен и полезен как специалист-психолог.

Самый главный вопрос моей жизни — «Зачем?».

Каждый день стоит просто следить за собой и не лезть со своим уставом в чужой монастырь. Простые и знакомые истины, но мы вспоминаем о них только тогда, когда уже по колено в дерьме.

«Лучше синица в руках, чем журавль в небе» — это полная хуйня. Если я подстрелю стаю синиц, то да, у меня будет отличный ужин. Но утром я взгляну на небо, увижу журавля и снова возьмусь за ружьё. К чёрту синиц, мы всегда должны стремиться всадить пулю в журавля.

Для кинокритика необязательно профильное образование. Также, как фотографу не нужна техника за сотни тысяч рублей. Ты можешь выучиться на кафедре киноведения, но быть уверенным в том, что «400 ударов» — это фильм про бокс, основанный на реальных событиях, а «Молодость» — картина Гаспара Ноэ, запрещённая к прокату в РФ.

Журналистика в моей жизни — чистая случайность. Но приятная, чего уж там. Я не отношусь к ней как к хобби, это нечто более важное.

Если ты талантливый, это ещё не значит, что ты способен стать коммерчески успешным. Но если ты гребёшь бабло, совсем не обязательно, что тебе отстёгивают за талант.

Предатели невообразимо раздражают меня и занимаюсь первую строчку хит-парада ненависти. На втором месте тупые люди, на третьем — апатичные нытики, которые никуда не движутся и ни к чему не стремятся.

Я никогда не плакал во время просмотра фильмов, даже когда смотрел «Титаник». Но пустил скупую мужскую слезу во время просмотра японской «Истории Хатико» (1987).

Я сжёг все свои рукописные дневники, которые вёл с 14 до 20 лет. Я слишком часто ассоциировал себя с персонажем «Эффекта бабочки», в конце концов эта связь сыграла злую шутку — у меня тоже случаются провалы в памяти.

Проведя 4 недели практики в психиатрической клинике, я понял, что вещей и событий в жизни, которые могли бы меня удивить или напугать, осталось очень мало.

Записывать свои сны меня научил мой однокурсник. Попробовав первый раз травку в 17 лет и как-то изрядно накурившись, мой товарищ сказал: «Видишь глюки? Записывай всё так, словно это твой сон!». Так, с 17 лет и до того момента, пока я не завёл блог, я писал о своих снах в специальные блокноты прямо с утра, чтобы не упускать самые мельчайшие детали, пока я их помнил.

Чем дольше я живу, тем больше мне нравится жизнь. Я бы не хотел, чтобы это когда-нибудь изменилось.

Надеюсь, скоро придумают приложение, которое бы блокировало мобильное устройство, если его хозяин пьян. Я мог бы избежать многих неприятностей и неловких ситуаций, существуй оно сейчас.

На первом курсе психфака старшекурсники рассказывали, что психолог — это меркантильный циничный ублюдок, который работает по принципу «долго и дорого». Закончив обучение, я понял, что в этом утверждении есть здравый смысл.

Все серьёзные отношения в моей жизни начинались с прямого вопроса «Давай встречаться?». На этом моя прямолинейность заканчивалась. Совсем.

Моё музыкальное «Я» воспитано Виктором Цоем, Земфирой Рамазановой и Андреем Лысиковым. Где-то в музыкальных архивах есть видео, где мой старший брат играет на гитаре, а я пою «Звезду по имени Солнце» жутким писклявым голосом.

Люблю шахматы. Считаю, что это одна из величайших игр, придуманных человечеством. Если ты умеешь хорошо играть в шахматы, то ты как минимум не дурак. В наше время не быть дураком — уже достижение.

Самые важные люди в моей жизни — люди «особой породы». Самые ценные люди — конечно, семья и друзья.

Однажды я проткнул шариковой ручкой кисть психолога, который задал вопрос «Как твои дела сегодня?». С тех пор я ненавижу вопрос «Как дела?».

Тратить время на просмотр ремейков и перезапусков классических кинофильмов — бессмысленное занятие. Лучше уж пересмотреть оригинальные картины.

Розовые очки нужно снимать до 18 лет. В идеале — до 16-ти. Позже уже не получится, они прилипнут к глазам и всё, пиздец.

Чем раньше понимаешь, что всем на тебя насрать, тем лучше.

Мой самый главный страх — это одиночество. Человеку нужен человек, тут ничего не попишешь. На одной самодостаточности всю жизнь не проживёшь. Впрочем, пока она работает, всё не так уж плохо.

Любовь с первого взгляда существует. Со второго — уже нечто другое. Любить по-настоящему способны единицы.

Никогда в жизни не прощу сам себе, если когда-нибудь перестану надеяться.

Я стараюсь, чтобы последнее слово было за мной. Я полагаю, что это правильно.

Не люблю людей и злюсь, когда кто-то пытается переубедить меня в этом.

Реклама