На российских экранах наступил «Рай» Андрея Кончаловского — строго высеченная на чёрно-белом полотне эпопея не столько о Холокосте, сколько о (не)обычных людях и их решениях на фоне Второй мировой войны.

Перед зрителем предстают главные герои «повести». Француз-коллаборационист Жюль (Филипп Дюкен), работающий «не в Гестапо, а в полиции», рассказывает о том, как его коробит упущенная возможность переспать с русской княгиней. Аристократка голубых кровей Ольга (Юлия Высоцкая), примкнувшая к французскому Сопротивлению, рассказывает детали лагерного быта, попутно раскрывая подноготную некоторых своих поступков. Поклонник русской литературы (в частности Антона Чехова — выбор для Кончаловского неслучайный), офицер СС Хельмут (Кристиан Клаус) в перерывах между инспекциями лагерей с евреями размышляет о давней любви к Ольге и потере веры в «рай на Земле», который строит его фюрер.

Изображение: dp.ru
Изображение: dp.ru

Франкофония-2016?

Эта картина — своеобразный нонсенс 2016 года как для российского кино в целом, так и для режиссёра в частности. После просмотра так и тянет провести параллель с «Франкофонией» Сокурова. Андрей Кончаловский, чей паспорт то и дело напоминает искушённому зрителю о принадлежности к соответствующей династии и, как следствие, типичным темам и приёмам в кино, буквально «переметнулся» из одного лагеря в другой. Он снял яркую ленту, косящую «под Европу»: Франция времён Второй мировой, раздираемая на Сопротивление и «прогнувшихся» под нацистскую оккупацию. Коды на сей раз затронуты не культурные, а национальные — тот же болезненный еврейский вопрос, который на сей раз перемежается любовной линией и сменой парадигмы.

Связь с реальностью

«Белые ночи почтальона Алексея Тряпицына», предыдущая лента режиссёра, отмеченная в Венеции, как и «Рай», совершает мягкий оммаж в адрес классической «Истории Аси Клячиной» и местами отдаёт «михалковщиной». «Рай» же делает поворот на 180 градусов, открывая зрителю будто подноготную Кончаловского, как будто Андрей Сергеевич начал с чистого листа. Это тот редкий случай в российском кино, когда зрелые режиссёры, знакомые большинству из нас по культовым для советского ещё зрителя картинам, не просто не теряют связь с настоящим, а ещё и умудряются быть пусть и не всегда на острие, но как минимум в направлении реального контекста повествования. К примеру, у Станислава Говорухина после «Ворошиловского стрелка» этой фишки нет и в помине. Его «Weekend» и «Конец прекрасной эпохи» — консервативное пятно на цветном полотне российского кинопрома 2010-х. Кончаловский же посредством «Рая» добавил на этот холст свой, не во всём идеальный, но тем не менее яркий мазок акварели.

Изображение: rg.ru
Изображение: rg.ru

Это нужно почувствовать

«Рай» проникает в зрителя постепенно. Не очень привычный ход с перемешиванием интервью главных персонажей и обыденным повествованием с лихвой компенсируется проработанными характерами героев. Нетривиальный образ офицера СС Хельмута, которому (необычно, но факт) с течением хронометража начинаешь сочувствовать — ещё бы, ведь родись он в России, «стал бы коммунистом», — с трудом можно представить рядом с княгиней Ольгой. Персонаж Высоцкой даже не образно, а буквально из другого мира. Мира, который так легко сломить: лишь начав диалог о возможных пытках, она готова отдать своё тело на потребу Жюлю, французскому коллаборационисту. Парадоксально, но из всех героев больше всего шансов попасть в рай согласно философии «нового» Кончаловского у той самой распутной княгини. В этой вселенной укрывательство еврейских детей перевешивает грех прелюбодеяния.

Для узкого круга зрителей

Лента преисполнена философией и вереницей тяжёлых вопросов, а также обладает необычными для российского кино структурой и форматом. Возможно поэтому «Рай» радостно принял европейский зритель и довольно скудно и холодно — российский. Авторское кино Кончаловского, созданное, кажется, с оглядкой на Ханеке, с центральной героиней, в которой будто сплелись Ида Павликовского и Анна из «Франца» Озона, не так интересно массовому зрителю. Впрочем, Андрея Сергеевича вряд ли печалит подобная ситуация: идеи снять эпос вроде «Сталинграда» не было и в помине. Это эмоциональная, аскетичная лента в лучших традициях европейских фестивалей. Здесь нет ни напыщенного ура-патриотизма, ни чрезмерного переигрывания, ни хождения по «краю». Острые углы картины удобоваримо сглажены произведениями Брамса. В то же время термин «артхаус» картине Кончаловского также не подходит в полном смысле слова.

Изображение: vogue.ru
Изображение: vogue.ru

Шансы на «Оскар» у фильма, безусловно, есть. Шутка ли — последние два года награду в номинации «Лучший фильм на иностранном языке» получают киноленты, так или иначе затрагивающие Холокост — вышеупомянутая «Ида» и «Сын Саула». Впрочем, евреи лишь по касательной всплывают в повествовании, являясь условным фоном происходящих событий. Любовь на фоне массовых сжиганий в газовых печах в купе с квадратной картинкой заставляет лишь глубже вжаться в кресло от невозможности сбежать из этого ада.

Вердикт. Антивоенная, гуманистическая российская драма о любви и помутнении идеологии.

Опубликовано в журнале «CinemaFlood»

Реклама

Рай (2016): 4 комментария

Добавить комментарий

Please log in using one of these methods to post your comment:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

This site uses Akismet to reduce spam. Learn how your comment data is processed.