Я зашел в пустой зал и сел на свое место. Никто больше не брал билет на этот сеанс, поэтому я пребывал в полном одиночестве в пустом зале. Один на один с большим экраном и рекламой Coca-Cola. За просмотром трейлеров будущих фильмов я размышлял, жду ли чего-то от этого фильма. Много мыслей промелькнуло в голове, но лишь одна прочно зацепилась в сознании — как и от всякого другого русского фильма, от «Класса коррекции» я ждал провала. Однако подобные стереотипные ожидания на этот раз с треском провалились.

Постер

Небольшая ремарка. «Класс коррекции» — дебютное кино 25-летнего режиссера Ивана И. Твердовского. Вопреки слухам, в одном из интервью Иван признался, что одноименная повесть Екатерины Мурашовой не являлась литературной основной для создания фильма. Из книги была взята лишь сама тема (специальное обучение детей с ограниченными возможностями).

Кино начинается с того, что главная героиня, девочка-колясочница, после многих лет обучения дома приходит в школу. Ее определяют в коррекционный класс, где учатся дети с различными проблемами по здоровью. Однако то, что стартует, как очередная душещипательная социальная чернуха, на финишной прямой встает на одну ступень с советской школьной классикой уровня «Чучело» и «В моей смерти прошу винить Клаву К.».

Представление новенькой Лены

Класс коррекции стоит на опасной границе между искренностью и переигрыванием, между манипуляцией и провокацией. Я никогда не видел в русском кино такой режиссуры. Социальные школьные терзания Валерии Гай Германики и рядом не стояли. Твердовский очень аккуратно лавирует между эксплуатацией темы инвалидов и критикой в адрес системы образования, расставляя везде нужные акценты. Он весьма точно и доходчиво передает атмосферу всеобщего хаоса и ужаса, который царит в этом вопросе. Потому что проблема не в том, что пандус в школе поставили на несколько сантиметров короче, не в том, что коррекционный класс отделен от других железной решеткой. Суть в том, что сам факт существования дефектных людей считается непристойным. Мерзость — то, что ты такой родился. Это открыто демонстрируют родители, учителя и ученики других классов. Это выставляется наружу и преподносится зрителю на блюдечке. Да, цинично. Но откровенно.

По ходу раскрытия истории о каждом из учеников класса коррекции мои эмоции кидало из крайности в крайность. Я еле сдерживал крик, когда долбанутые мальчишки в последнюю секунду прижали голову к земле в то время как над ними проезжал поезд. Я смеялся в голос, когда учитель на примере банана подробно объяснял, как надевать презерватив. Эмоции вылезали из меня вопреки желанию.

Лена и Антон

Дети, которых общество предпочитает не замечать. Вот кто на самом деле никому в этом мире не нужен (разве что своим родителям). Вот чья жизнь похожа на ад. Ты приходишь на линейку 1 сентября, а директор говорит тебе, что коррекция уже на занятиях, не на линейке же ей быть, у всех на виду. Ты подъезжаешь к лестнице на коляске, тебе нужно подняться на 3-й этаж, а директор издевательски и бездушно поторапливает тебя. Ты выезжаешь из класса и тут же натыкаешься на уборщицу, которая обвиняет тебя в том, что коляска оставляет черты. Сцена «Извините за эти чёрты» еще долго останется в моей памяти…

Твердовский очень тонко демонстрирует моменты подростковой неустойчивости и влияния коллектива на детскую, крайне травмированную психику. Еще вчера ты объединяешься со своей компанией дефектных одноклассников, чтобы противостоять внешней угрозе, а уже на следующий день все в галстуках и бантах проходят спецкомиссию и забывают о твоем существовании. Также в Классе коррекции отмечается, что многим свойственно жалеть тех, кто слаб и не способен подавить свою слабость на пути к цели, но давить тех, кто хоть как-то борется с обстоятельствами, разрушая покой эгоистичной системы, в которой главные заповеди — «не мое дело», «самый умный что ли?» и «тебе что, больше всех надо?».

Сожженная коляска

«Класс коррекции» — это серьезная попытка поговорить со зрителем о наболевшем. Это рассказ о простой человеческой истории без грамма фальши. Это максимально живое кино — оно заставляет чувствовать, сопереживать и плакать (но не из жалости, а потому что герои — они настоящие, и все происходящее с ними — не где-то там в городе N, а у нас во дворе, в нашей школе, в нашем городе).

На мой взгляд, это один из лучших русских фильмов в жанре социальной драмы. Русский кинематограф скорее жив, чем мертв. Видимо он, как и главная героиня «Класса коррекции» — инвалид. Который иногда встает с инвалидной коляски и делает несколько тяжелых, но очень важных шагов.

P.S. В этой школе так и не сделают подходящего размера пандус для колясочников. Не потому, что не могут, а потому что всем с самого начала было все равно. В стране, где люди не думают о других, вероятность того, что в финале произойдет что-то хорошее, близка к нулю. «Класс коррекции» — именно о такой стране.

Реклама

Добавить комментарий

Please log in using one of these methods to post your comment:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

w

Connecting to %s